Die Welt: Договор Гитлера со Сталиным до сих пор разделяет Европу, и Украина – одна из жертв

Из-за истории Второй мировой войны у немецкого правительства развился страх огорчить Москву, который привел к тому, что Берлин потопил шанс Киева вступить в НАТО

80 лет назад Адольф Гитлер и Иосиф Сталин заключили между собой пакт. А 30 лет назад страны Балтии восстали против советского правления. Понимание этих процессов до сих пор отличает Западную и Восточную Европу, что выливается в политические последствия.

Об этом пишет Die Welt, добавляя, что в Германии мало кто даже с хорошим историческим образованием мало знает об упомянутых событиях. Но это были два переломных момента, которые по-разному изменили европейскую историю.

Издание напоминает, что 23 августа 1939 года был подписан пакт «Риббентропа-Молотова», который развязал руки нацистскому режиму в его желании уничтожить Польшу. В свою очередь, СССР получил «зеленый свет» на захват восточной части польской территории, а также три страны Балтии.

Это разделение на сферы влияния было заложено в специальном тайном «Дополнительном протоколе» к обычному и обнародованному пакту «о ненападении» между двумя диктатурами. Поэтому тридцать лет назад 23 августа получило дополнительную символическую силу. В тот день в 1989 году два миллиона граждан Литвы, Латвии и Эстонии образовали живую цепь, которая тянулась через территорию их стран. Этим «Балтийским путем» они выразили желание отсоединиться от СССР и восстановить национальную государственность своих республик.

Читайте такжеSüddeutsche Zeitung: Попытки России оправдать пакт «Риббентропа-Молотова» безосновательны

Это была первая массовая манифестация воли к национальной независимости на территории Советского Союза. На то время советская империя уже переживала тяжелые времена. В Польше и Венгрии коммунистическое монопольное правление было ослаблено. Но «Балтийский путь» стал новым качественным шагом вперед к демонтажу советской власти. Он не просто поставил под сомнение контроль Москвы над республиками-сателлитами, но и легитимность и единство СССР как такового.

Балтийские страны умышленно провели невероятную демонстрацию с требованием свободы именно 23 августа. Таким образом день, когда тоталитарные режимы подписали смертный приговор независимости Литвы, Латвии и Эстонии, стал еще и днем, когда они возродили эту независимость. В Восточной и Центральной Европе, особенно в Польше и странах Балтии, эти исторические события сильно влияют на политическое суждение современности. В Западной Европе, тем временем, их едва вспоминают.

В 2009 году Европарламент объявил 23 августа всеевропейским Днем памяти жертв тоталитарных режимов. Но в Германии почти никто на это не обращает внимания. Борьбу за свободу балтийских народов в Германии рассматривают с благосклонностью и симпатией. Но по сравнению с событиями в Венгрии, Польше, Чехословакии и Румынии этой борьбе отводят маргинальную роль. В свое время существовали страхи, что распад СССР приведет к хаосу, даст толчок националистическим силам или заставит советский режим вернуться к жестоким практикам.

Читайте такжеNewsweek: Гитлер, Сталин и другие диктаторы стали проклятием для их современных потомков

Германия была не единственной западной страной, которая надеялась на то, что Советский Союз продолжит существовать ради стабильности. Однако, у нее были особое чувство уважения к Михаилу Горбачеву, который так много сделал для немцев. В общем, немецкий взгляд выходил за пределы освободительных 1989-1990 годов и стал основой современного убеждения: Горбачев дал Европе свободу, а немцам – единство.

Писатель Ганс Магнус Ейзенсбергер в 1989 году написал эссе под заголовком: «Герои отступления». Горбачев был как прообраз истинного героя, но на самом деле антигероя, который решается отступить с позиций. Потому что удержать их можно только с помощью бессмысленного применения грубой большой силы. Заголовок Ейзенсбергера смог завоевать большой успех, потому что отражал настроения Германии после 1989-1990 годов. Тогда героизм рассматривался как ненужный пережиток прошлого. Ведь Европа стала мирным местом, а Германию окружали «друзья».

Но в Восточной Европе, особенно в постсоветских странах, образ Горбачева не такой уж и положительный. Там его рассматривают прежде всего как лидера компартии, который хоть и пытался реформировать коммунистическую систему, все же желал ее сохранить. А в странах Балтии помнят, что в январе 1991 году Горбачев был готов применить насилие, чтобы спасти существование СССР.

Читайте такжеNewsweek: «1984» Оруэлла очень похож на 2019 ч в реальности

Но немецкий старый культ «Гоби» до сих пор влияет на мышление Германии во внешнеполитических подходах к Москве. Каждый раз, когда речь идет о событиях в Восточной Европе, в Берлине думают: «А как Россия отреагирует на это?».

«Страх перед тем, что Москву можно спровоцировать, заставил федеральное правительство, к примеру, потопить инициированное США включение Грузии и Украины в НАТО через выдачу им плана действий в 2008 году. Кремль отреагировал на это вторжением в Грузию того же года, аннексией Крыма в 2014-м и скрытым вторжением на Восток Украины», — пишет издание.

Die Welt подчеркивает, что переход Украины и Грузии под защитный зонтик западного оборонного альянса в те времена ничем не угрожали Владимиру Путину. Снисходительность, которая должна была склонить Кремль к сотрудничеству, была воспринята российской стороной как слабость и приглашение к проявлению агрессии.

Как и борьба балтийских народов за свободу, пакт «Риббентропа-Молотова» играет вторичную роль в историческом сознании немцев. Его рассматривают как эпизодическую интерлюдию, которая стала бесполезной с началом войны между Германией и СССР. Но пакт 1939 года был чем-то большим, чем просто временным тактическим шагом. Гитлер и Сталин, хорошо знали, что в какой-то момент наступит время для конфронтации между ними. Но они решили объединить силы против общего врага – Запада.

Читайте такжеThe Atlantic: «Чернобыль» напоминает, как миру повезло с распадом СССР

СССР помогал немецкой военной машине, поставляя сырье в то же время, пока антифашистскую литературу раскладывали в почтовые ящики по всему союзу. Чтобы задобрить Гитлера, Сталин устранил еврея Максима Литвинова с поста в министерстве иностранных дел Советского Союза. В свою очередь, глава нацистской дипломатии Иоахим фон Риббентроп, который вел переговоры с Москвой, сообщил своему руководству в Берлине, что чувствовал себя «словно среди партийных товарищей», пока был среди московских функционеров.

После падения нацистского режима Сталин сохранил все, что захватил благодаря договоренностям с Гитлером. Но в ФРГ понимание того, что договоренности между диктаторами влияют на мир даже сегодня, с годами испарилось. Однако, это произошло не сразу. Первым годам существования ФРГ были присущи антикоммунистические настроения. И пакт «Риббентропа-Молотова» рассматривали как доказательство равенства между страшными тоталитарными системами, которые на первый взгляд были идеологически противоположными. В 1950-1960 годах в Германии советский коммунизм рассматривали как нечто тождественное нацизму. И так считали не только политики правого толка. Слова о том, что коммунизм – это «окрашенный в красный фашизм», сказал первый послевоенный председатель Социал-демократической партии Курт Шумахер, который пережил концлагеря.

Читайте такжеГенсек НАТО поставил в один ряд Гитлера, Сталина и ИГИЛ

В середине 60-х годов парадигма изменилась. Левые студенческие движения сильно повлияли на немецкую политику, разрушив всю тогдашнюю теорию о тоталитарных режимах. Немецкая вина стала оправданием и «алиби» для коммунистических преступников. Попыткам поставить знак равенства между коммунистами и нацистами начали противопоставлять тот факт, что много бывших нацистов занимали влиятельные посты в ранней ФРГ. Такая критика была отчасти оправданной. Но с годами она привела к тому, что любые попытки сравнивать кровавые диктатуры начали называть попытками преуменьшения зверств немецких нацистов. «Антикоммунист» стало ругательным словом и синонимом «реакционер».

Из поля зрения выпал тот факт, что историю 20-го века нельзя понять без оценки судьбоносного взаимодействия между тоталитарными системами. И что со временем восточные европейцы, немцы и Россия смогут прийти к согласию в отношении своих бывших правителей.

Сегодня различие в отношении к 23 августа на Западе и на Востоке Европы демонстрирует, насколько сильно историческая память европейцев отличается. И не стоит недооценивать последствия этого разделения Европы по воспоминаниям о тяжелом прошлом.

Источник: unian.net